Статьи

Что нужно взрослому сироте?

doroslКогда мы говорим о проблеме сиротства, перед нашими глазами возникает образ маленького беззащитного и одинокого ребенка. Однако с возрастом проблема не решается, а может, даже наоборот, усугубляется. Заостряются определенные черты психологического портрета сироты: тревожность, агрессивность, закрытость и др.

Физически развитому молодому человеку, который внутри чувствует себя потерянным ребенком, дают статус совершеннолетнего и с ним в придачу – абсолютную самостоятельность и ответственность за все в своей жизни.

В 18 лет они выходят в мир, где никому не нужны. В обычных семьях взросление наступает постепенно: у ребенка расширяется область своих интересов, он пробует себя в разных видах деятельности и находит свой путь. Вместе с родителями он выбирает, куда ему пойти учиться и получает ободрение с их стороны. И даже если молодой человек из обычной семьи уезжает в другой город, он знает, что у него за спиной есть крепкий эмоциональный, моральный и материальный тыл.

У ребенка из детского дома или интерната взросление происходит, словно в одночасье. До 18 лет ребенок-сирота жил под опекой государства, он не размышлял, откуда берутся еда, электричество, одежда, а потом в один день начинает считаться взрослым и попадает в большой мир. Этот «взрослый» предоставлен самому себе, к чему он совершенно не готов.

Выпускники очень уязвимы психологически, у них много страхов, самый сильный из которых – это страх будущего. Они плохо представляют, что с ними будет через год.

Помню, как три недели я работала волонтером в школе-интернате. Это было время летних каникул. В моей группе были ребята-выпускники. По вечерам мы проводили с ними душевные посиделки. Однажды зашла речь об их будущем. Передо мной прошла серия идеалистических картинок: кто-то надеялся уехать в Италию и там хорошо устроиться; кто-то мечтал стать известным футболистом и получать большие деньги; кто-то рисовал себя в образе бизнесмена в комфортабельном офисе. Девочки мечтали быть моделями, удачно выйти замуж и уехать куда-нибудь подальше от школы-интерната. Некоторые сообщили, что первым делом найдут своих родителей.

Прошло немного времени, и я узнала много грустных историй. Одного из ребят посадили в тюрьму за воровство, кому-то из девочек пришлось сделать аборт, кто-то стал бомжом, а кто-то не выдержал реальностей жизни и повесился. По статистике, только 10 % ребят встраиваются в социум и ведут нормальный образ жизни, и то нужно сделать поправку, что эта нормальность относительная. Большинство ребят не готовы, не хотят или боятся встраиваться в чужую для них социальную жизнь. В то же время они очень нуждаются в близких личных отношениях со значимым взрослым.

Общаясь с выпускниками школ-интернатов, я замечаю их глобальное одиночество – даже тех, которые приходят в церковь. Верующие стараются им помочь одеждой и питанием, но мало кто готов их пригласить к себе домой, выслушать и просто разделить с ними дружеское общение. А ведь без искренних заинтересованных глаз и душевного участия со стороны другого старшего друга молодые парни и девушки чувствуют себя в опасности, находятся в постоянном стрессе, их потенциал вынужден работать на выживание, а не на развитие.

Приведу примеры из своего опыта общения с достаточно взрослыми людьми, которые в прошлом не имели родительского воспитания. Надеюсь, что эти примеры помогут нам лучше понять внутренний мир сирот и проявить к ним необходимую чуткость и заботу; выстроить такую модель отношений, которая будет для них моральной и духовной поддержкой, исключая позицию потребительства и попустительства.

Вот молодой парень А. Несколько лет назад он уехал в Италию, отучился, имеет любимую работу. Но постоянно говорит о том, что не может найти близкие отношения даже со своими итальянскими родителями, которых знает больше 10-ти лет. Он страдает от того, что не может быть с ними настоящим и постоянно вспоминает время, когда мы приходили в интернат и пели песни под гитару, а потом говорили с ним лично. Однажды он собрал деньги и прилетел из Италии, чтобы увидеться с нами. Привез разные угощения и много общался. Он часто пишет и узнает о наших делах, просит высылать ему уроки воскресной школы и стихи. Иногда звонит и рассказывает о своих тревогах. Ему страшно принимать решения, заводить новые знакомства, вступать в брак… В этой веренице страхов я узнаю того самого 12-летнего мальчика, кому так нужна чья-то направляющая рука, чтобы разобраться в столь сложной жизни.

А вот на одном из фото симпатичная мама Ю. с широкой улыбкой и малышом на качелях. Она часто меняет посты в разных нарядах. На фото женщина выглядит достаточно счастливой. Но когда я приехала в ее город и мы встретились, то узнала, насколько неспокойная ее жизнь в браке, который уже находится на грани развода. Еще подростком она мечтала о большой любви, где ее будут и ценить, и лелеять, но испытала лишь горькие разочарования и озлобления, которые невольно срывает на сыне. Кроме этого, она потеряла подругу детства. Одна из причин такой судьбы проста и трагична – ее не научили, что в отношения нужно вкладывать, а не просто ожидать идеала. Ю. ищет сочувствия и осуждения тех, кто ей не подошел, но на самом деле она нуждается в переоценке ценностей и понимании зрелых отношений.

При первой встрече с девушкой Н. лет 30-ти, вы бы посчитали ее душой компании. Энергичная и юморная, она умеет вести диалог с разными людьми. В жизни девушка многого добилась: получила хорошее образование, знает иностранный язык, занимает административную должность в одном из приютов. Когда-то я преподавала ей репетиторство по русскому языку, сейчас я бы могла многому поучиться у нее. На протяжении многих лет мы вели переписку и иногда встречались. В личных беседах я вижу в ней ту же девочку, у которой так много тревоги и неуверенности, которой так надо крепкое надежное плечо опоры. Недавно она болела ковидом, а затем – тяжелой анемией. Врачи отказали ей в госпитализации, и она послушно ушла, не борясь за свои права и здоровье. Благо, что с ней рядом находятся участливые друзья-христиане. Сейчас они помогают ей заняться вопросами лечения. Она высоко ценит их поддержку и говорит, что в одиночку она бы с этим не справилась.

Вот мужчина лет сорока. У него – многодетная семья. Приятная и добрая жена-христианка. Обустроенная уютная квартира. Когда в его жизни рядом были друг и наставник, он слушал их, активно нес служение и был жизнерадостным молодым человеком. Но в семейной рутине жизнь стала скучной, и он ушел в мир игр в виртуальной реальности. Недавно я общалась с его женой, она в отчаянье, что не может пробить толщу его страстного увлечения. Этот человек не научился брать на себя ответственность за семью, в нем не сформирован стержень верности. Ему по-прежнему отчаянно нужно наставничество и здоровая христианская дружба с духовно зрелыми мужчинами.

Как-то посещала одну семью, где у мамы Л. третий брак и трое детей. Их семья часто голодает. Проблема не в доходе, а в неумении распределять финансы. Она нуждается, чтобы ее кто-то научил вести домашнее хозяйство. Мы стали говорить о возможном распределении финансов и о запасах продуктов. Некоторое время она придерживалась принципов жить без долгов, но теперь по-прежнему нуждается в наставничестве, т.к. снова возникают нежелательные привычки.

Можно приводить еще много примеров. Но хочется остановиться на важном понимании: то, что нам кажется элементарно простым, людям с синдромом сироты это – невероятно сложно.

Мы иногда не можем понять, почему взрослый мужчина может потратить последние деньги на шоколадки, а потом вдруг ему не хватает денег на талончик? Почему способная девушка устраивается на низкооплачиваемую работу с небольшими требованиями и не может на ней удержаться? Почему в десятый раз после нашего замечания человек не может прийти на встречу вовремя? Почему в жилье у симпатичных девушек, которые могут стильно одеваться, царит невероятный хаос? Почему мамы не могут проявить элементарную заботу о своих детях? Почему они не могут нормально договориться? Собрать вещи в больницу или путешествие? Почему не могут нормально общаться с членами семьи и постоянно убегают в работу или в нежелательную зависимость? И бесконечно многое другое…

На самом деле им недостает элементарной дисциплины, навыков общения, умения рассказать о себе, которым человек в семье научается, не задумываясь, автоматически. Воспитанникам из детских домов и интернатов сложно конструктивно решить конфликтную ситуацию, правильно вести диалог с руководством. Большинство людей с синдромом сироты всегда напряжены и готовы к отпору, потому что долгие годы жизни в детском доме приучили извне ждать нападения и проявлять встречную агрессию.

Во многих случаях людям с синдромом сироты сложно осознать себя, понять свои желания, поставить цель, сделать выбор. Я общаюсь с женщиной, которой уже 70 лет, но до сих пор ей сложно осознавать свои чувства и желания. С младенчества воспитанники детдомов и интернатов перестают осознавать свои телесные и эмоциональные потребности. Они могут чувствовать дискомфорт, беспокойство, гнев, даже не понимая, с чем это связано. Человек, которому никогда не предлагали выбор, не спрашивали: «А это тебе нравится? Что ты хочешь сейчас?» не научается прислушиваться к себе. Одна из задач – помочь такому человеку разбираться в своих эмоциях и узнавать о своих желаниях.

Но главное, что мы можем подарить человеку с синдромом сироты, – это ощущение, что он кому-то нужен и кем-то любим. Часто мы говорим людям, начинающим посещать церковь: «Ты не смотри на людей, смотри на Христа». Но, на самом деле, как человек может увидеть красоту Христа, исцеляющие отношения, смысл жизни, если христиане не будут отражать это в своей жизни? Только с опорой на наставничество сирота сможет взрослеть, учиться брать на себя ответственность, к чему-то стремиться и что-то делать в этой жизни.

Пусть Господь нам поможет проявлять терпение, мудрость и кротость в общении с людьми с сиротским прошлым, чтобы они, видя нашу заботу, могли меняться, исцеляться психологически, приобретать друзей, созревать духовно и развиваться социально.

Наталья Королькова,
психолог,
г. Могилев, Беларусь